Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
03:13 

Тысяча новых шансов

Mariuelle
- До свидания, господа офицеры! - Пока, Френсис!(с)
Тысяча новых шансов
Автор: Mariuelle
Фэндом: Хоккей, Dallas Stars
Пэйринг или персонажи: Тайлер Сегин/Джейми Бенн, Джорди Бенн, Брэд Маршанд, Джейсон Демёрс, Патрик Шарп
Рейтинг: PG
Жанры: слэш, ангст, hurt/comfort, романтика, АУ
Таймлайн: После игры Далласа с Бостоном 4.11.16., закончившейся со счётом 5:3 в пользу Далласа и хет-триком Тайлера Сегина
Размер: предполагается миди
Статус: в процессе

Описание: Бостон окружает со всех сторон, нависает знакомыми - слишком знакомыми - домами, пестрит радостными вывесками. Этот странный затянувшийся сон даже пахнет Бостоном.

Тайлеру хочется закрыть глаза и вновь проснуться в Далласе.


Комментарии автора:
1. АУ относительно событий обмена Тайлера Сегина в Даллас
2. Путешествия во времени



Джорди выходит из кухни - смешной передник и руки мокрые по локоть.

- Надо же, - говорит он насмешливо, облокачиваясь на спинку дивана, заливая шею Тайлера мокрыми брызгами. - Бостон раскаивается. И что же они говорят?

Джейми смотрит недовольно на брата через плечо, кладёт тёплую руку на плечи Сегги, защищая его от холодных капель. И от дурных мыслей тоже.

- Что-то вроде "надо было дать ребёнку шанс", - отзывается младший Бенн, и Тайлер, поймав на себе его неуверенный взгляд, улыбается ласково и ободряюще краем губ. - Призывают никогда не делать поспешных выводов.

- Обожглись, - говорит Джорди уверенно и довольно. - Наш малыш играет божественно. Думаю, руководство Бостона обглодало локти до кости от досады.

Тайлер смеётся благодарно, Джейми ласково касается носом его щеки, и проснувшийся Кэш хлопает на них глазами с сонным удивлением.

На экране мерцает слайд-шоу из игровых и тренировочных моментов Тайлера в составе Бостона. Тайлер, празднующий победу в каком-то неимоверно старом матче. Тайлер, целующий лакированную гладь Кубка Стэнли. Тайлер, исчезающий в море командных объятий.

Джорди качает головой:
- Бостон признаёт за собой ошибку века. Шок. Сенсация. Что скажете, мистер Сегин, как пострадавшая сторона?

- Скажу, что ты царапаешь меня своей ужасной бородой, - ворчит Тайлер, отодвигаясь.

Джейми немедленно подставляет ему своё удобное крепкое плечо, он горячий и совершенно не колючий, а Джорди уходит в кухню, ворча и - возможно, Тайлеру кажется, - утешая свою обиженную бороду.

Диктор неспешно переходит к другим новостям, а Тайлер дышит сонно в мягкую ткань чужой футболки, намереваясь уснуть, когда Джейми прижимается тёплыми губами к его макушке бормочет что-то ласково.

- Что? - спрашивает Сегин сонно. - Твой локоть упирается мне в бок.

- Прости, - виновато посмеивается Бенни, отодвигается, и это, честно говоря, совершенно не нужное действие. - Просто рад, что ты с нами.

Тайлер улыбается сквозь дрёму. Маршалл упирается лбом ему под колено, Джорди напевает в кухне сочным басом, и всё так, как и должно быть. Но когда Джейми предупредительно приглушает звук телевизора и почти невесомо целует Тайлера в лоб, он всё же не может не спросить. Почему-то это кажется важным.

- Как бы всё сложилось, - говорит он сонно. - Если бы Бостон всё же дал мне шанс? Думаю, всё было бы совсем по-другому.

Колени Джейми напрягаются под спиной Тайлера, и руки давят на спину каменной тяжестью.

- По-другому, - говорит Бенн осторожно и холодно. - Почему ты об этом думаешь?

- Они не дали мне исправиться, - жалуется Сегги. Бостон в прошлом, вокруг Тайлера дружелюбное и ласковое зелёное море. Но старая обида всё ещё грызёт изнутри острыми зубками. - Они лишили меня почти всего, что было у меня тогда.

Джейми молчит мрачно, а потом его руки сжимаются на плечах друга крепче, и всё это похоже на подготовку к утешительным объятиям, и Тайлер с готовностью тянется вверх, запрокидывает голову, подставляя лицо под поцелуи. Но Джейми только осторожно перекладывает его со своих коленей на диван и поднимается, лишая своего надёжного тепла. Потревоженный Кэш соскакивает с дивана следом за Бенном и, не разобравшись в ситуации, глядит на растерянного Тайлера укоризненно.

- Ты жалеешь, что не остался в Бостоне? - спрашивает Бенни. У него руки в карманах и расстроенно сжатые губы, и Тайлер просто смотрит на него, удивлённый, ещё не стряхнувший с глаз пелену полусна.

- Я бы жалел, - отвечает Джейми сам, глухо, моргает отчаянно потемневшими глазами. - Бостон встретит тебя с распростёртыми объятиями, если ты захочешь вернуться к нему после окончания контракта с Далласом.

Кэш чихает громко, на кухне у Джорди с грохотом падает что-то большое, по телевизору снова крутят новости спорта, и уставший, блестящий тёмными глазами и мелкими каплями пота на лбу Брэд Маршанд на экране чеканит:
- Я всегда считал, что обмен Сегги - огромная ошибка. Нам не хватает его в команде, мне не хватает его на линии.

- Я бы жалел, - повторяет Джейми отчаянно.

***
У кого-то из них троих просто отвратительный будильник. Тайлер в полусне уверенно ставит на то, что этот бестолковый набор ругательств, кое-как наложенных на мелодию, - креативная находка Джорди. Но не Джейми, точно. У него чересчур интеллигентный вкус для подобного.

- Джо, - ворчит Тайлер, нехотя высовывая нос из-под одеяла. - Выключи его уже.

Джорди не отзывается. Где-то в противоположном углу комнаты кто-то из собак соскакивает с дивана на пол, стучит коготками, направляясь на кухню.

Тайлер переворачивается на спину, ворча. Во рту сухо, как в пустыне, под веками - словно залежи мелкого песка. Чёртов будильник затыкается сам, булькнув обиженно, и Тайлер нашаривает телефон, не открывая глаз. Если повезёт, и Джейми ещё не проснулся, а Кэш снова угнездился у него под боком, то Тайлер может, наверное, сделать всё-таки то милое семейное фото, о котором давно подумывает.

Телефон вздрагивает лихорадочно в ладони, вновь разражается бранью, и Тайлер, разлепивший нехотя веки, осознаёт наконец, что то, что он принимал за будильник, оказывается входящим вызовом. И он упорно не припоминает, чтобы ставил такую сомнительную мелодию на звонок.

- Грёбаный пьяница, - выплёвывает человек с другого конца трубки возмущённо, и Тайлер изумляется так, что почти просыпается. - Какого чёрта ты игнорируешь звонки?

- Я не пьяница, - протестует Сегин, не совсем понимая, с кем он препирается. - Вчера был повод. Мы сделали чёртов Бостон!

- Это не ты сделал Бостон! - отзывается яростный голос из трубки. - Это Бостон пытается надрать твою задницу, и он чертовски прав!

Тайлер узнаёт собеседника неожиданно, и осознание заставляет его мгновенно проснуться. В ушах шумит, словно он ныряет в воду с размаха, и Тайлер почти не слышит собственный голос:
- Брэд?..

- Само собой, - фыркает Маршанд. Он звонит с утра, звонит отругать Тайлера как в прежние времена, словно между ними ничего не изменилось, словно не столкнулись они вчера на льду по разные стороны баррикад. - Кто же ещё? Давай лучше обсудим, есть ли у тебя голова на плечах, парень?

Тайлер, конечно, понимает, что Брэда, должно быть, мучает обида из-за вчерашнего поражения, но звонить ранним утром, чтобы сразу начать бросаться оскорблениями, это не совсем хороший вариант. Вероятно, его возмущение вырывается далеко за пределы трубки, и удивительно, что Джейми с его обострённой способностью чувствовать, когда кого-то незаслуженно обижают ещё не примчался разбираться. И где он, кстати?

- Какого чёрта? - спрашивает Тайлер, и этот вопрос кажется вполне резонным в складывающейся ситуации.

Брэд вздыхает глубоко на другом конце трубки.

- Послушай, - говорит он уже мягче. - Малыш. Ты чертовски накосячил. Чиарелли в ярости. Клод в ярости. Я, чёрт возьми, в ярости.

И это уже явно слишком. Но у Брэда слишком искренняя ярость звенит в слишком трезвом голосе, и Тайлер совершенно не знает, что думать. У него тяжёлая голова, в глазах туман, и стучит в висках. И Джейми отчего-то слишком давно нет рядом.

- При чём тут Чиарелли? - бормочет Тайлер растерянно. Над ним чертовски высокий потолок, кто-то из собак стучит когтями в кухне, а Брэд возмущённо ворчит в ухо. - Я помог выиграть своей команде. Что ты от меня хочешь?

Брэд захлёбывается возмущением:
- Единственное, что ты помог нам выиграть, - огромный скандал в прессе.

Что ж, тут Маршанд возможно прав. Хотя у него всё ещё нет причин укорять Сегги его прошлыми ошибками.

У Тайлера ужасающая пустыня во рту, и сухие губы трескаются, солонеют от сонного зевка.

- Это было давно, - ворчит он, тянется стереть непрошенную соль с губ. - Я теперь в Далласе.

И замирает изумлённо. Потому что под ладонью - совершенно гладкая кожа, чисто выбритые щёки. Как у малыша Вэла, как у Джейми с его новым стилем. И не намёка на бороду.

- Какого чёрта? - вырывается у Тайлера полуизумлённо, полужалобно. - Какого?..

И Брэд подаёт голос возмущённо, одновременно с собеседником. Добивая.

- Ты пока ещё не в Далласе, идиот. Но если не явишься к девяти в Гарден, то определённо там окажешься, ручаюсь!

Гарден. Гарден.

- Я тебе перезвоню, - бормочет Тайлер. Он садится рывком в кровати, стряхивает яростно сонный туман с глаз и оглядывается наконец. Сердце бьётся гулко и тяжело где-то в самом горле, мешая дышать. В комнате ужасно тёмные стены и смятые простыни.

- Девять. Гарден, - не сдаётся Брэд. - Не заставляй руководство ждать, они и так уже вне себя.

- Перезвоню, - рявкает Тайлер и кидает трубку, даже не утруждая себя отключить вызов.

Он спрыгивает с кровати и путается тут же в смятом коме одежды. Слишком жёлтой, слишком плотной. Слишком чужой. У него джерси Бостон Брюинз на полу с вывернутыми рукавами и пятнами от пива поверх номера.
И так не должно быть.

Тайлер отпихивает джерси, заталкивает обратно под кровать. У него мёрзнут босые ноги на полу, и занавески дрожат в пальцах, когда Тайлер распахивает их в нарастающей панике. Собаки в кухне роняют что-то с грохотом. И за окном определённо не Даллас.

***
Конечно же, в первую очередь Тайлер звонит Джейми. Потому что паникует, потому что хочет объяснений. Потому что Джейми точно сможет всё уладить. Он всегда делает всё лучше.

Номера Джейми в телефоне не оказывается - да и сам свой мобильный телефон Тайлер припоминает очень смутно. Со временным отрезком "когда-то был". И хорошо, что запоминание номера капитана, заучивание наизусть является необходимым условием для всех членов команды.

Джейми не отвечает, в трубке идут раздражающие долгие гудки, а потом Тайлера даже не перебрасывает на автоответчик, просто окунает с головой в непроницаемую тишину на другом конце трубки. Он звонит Джейми несколько раз, даже не задумываясь над своими действиями, просто жмёт на значок вызова машинально.

Джейми нет рядом, когда он нужен.
Номер тренера Раффа не числится зарегистрированным, как и номера Вэла и Шарпи. Демёрс не отвечает, как и Джейми. На вызов реагирует только телефон Джорди, идёт сигнал соединения, трубку берут, и Тайлер выдыхает облегчённо.

- Дарт, - говорит он торопливо. - Я до тебя дозвонился.

- Простите? - переспрашивают в ответ. Голос сонный, вежливый и женский. - Я думаю, вы ошиблись номером.

Тайлер так не думает, но девушка уже кладёт трубку, и ему опять достаются только медленные гудки.

Маршалл подходит сбоку, тычется хозяину под руку мокрым носом, облизывает безвольно опущенное запястье одним широким шершавым мазком вместе с телефоном.

Присутствие хотя бы одной привычной родной души успокаивает, хоть и не так действенно, как хотелось бы. Тайлер вытягивает руку, не глядя, но на привычной высоте головы Маршалла не оказывается. Он маленький, мохнатый, коротколапый и по-щенячьи неловкий, повизгивает тоненько, покусывает маленькими зубками играючи ладонь хозяина. Тайлер отшатывается изумлённо, и Маршалл - щенок Маршалл - испугавшись, трясёт мягкими ушами обиженно.

- Марш, - бормочет Тайлер. Ему хочется совершенно забраться обратно под одеяло, накрыться подушками со всех сторон и как-нибудь через сон найти путь обратно из этого кошмара. Обратно к Далласу, Звёздам, взрослым собакам. И Джейми. - Маршалл, малыш, что с нами происходит?

Щенок расценивает ситуацию по-своему, приносит поводок, неловко переступая коротенькими мохнатыми лапами, и поскуливает вопросительно. И Тайлер смеётся, потому что всё происходящее кажется дурным, но ужасно реалистичным сном. И потому что это единственный способ не сойти с ума.

- Где твой брат? - спрашивает он у Маршалла, старательно придавая тону будничность, и убеждает себя, что это для того, чтобы не тревожить щенка...словно тому есть какое-то дело до каких-то поломок во вселенной. - Где Кэши?

И словно обухом по голове, добивая, появляется ещё одно осознание. В этом странном утре - со странным звонками Брэда, с Маршаллом-щенком, бостонским джерси под кроватью и полнейшим отсутствием Джейми - совершенно нет места Кэшу, игривому мохнатому Кэшу с его чёрным кожаным носом, блестящими глазами и привычкой грызть рукава бенновских рубашек.

Маршалл смотрит на хозяина снизу вверх - непривычно маленький, непривычно одинокий - и Тайлер подхватывает его на руки, зарывается носом в каштановую шерсть на загривке. Щенок гавкает радостно ему на ухо, и тупые коготки впиваются Тайлеру в плечи.

- Мы одни, Марши, - бормочет Тайлер. - Совсем одни.

Не выпуская Маршалла из рук, он открывает входную дверь. Перед ними Бостон - утренний, сухой и летний - с нависающими над улицей раскидистыми вязами и ленивым бледным солнцем.
И это та картина, которую Тайлер совсем не хочет видеть.

***
На часах только половина восьмого, Марши носится кругами по парку, тонет в траве по пушистое брюшко, гоняется за птицами, захлебываясь радостным лаем.

Бостон окружает со всех сторон, нависает знакомыми - слишком знакомыми - домами, пестрит радостными вывесками. Этот странный затянувшийся сон даже пахнет Бостоном.

Тайлеру хочется закрыть глаза и вновь проснуться в Далласе.

Телефон Тайлера звонит, когда Маршалл закапывается в кучу песка по уши и совершенно не реагирует на зов хозяина.

- Да? - говорит трубка голосом Демёрса. Он сонный, хриплый и ужасно родной. - Кто это?

- Джейс, - выдыхает Тайлер радостно. - Это ты, чёрт возьми!

Джейсон молчит мгновение сосредоточенно, потом откашливается:
- Это я. А кто ты, загадочный собеседник?

И сердце Тайлера отчаянно падает куда-то к самым коленям. Человек на другом конце провода звучит обманчиво приветливо, обманчиво по-джейсоновски. Но это не Демёрс. Не Демёрс, знакомый и родной Тайлеру.

- Это Тайлер, - говорит он растерянно. - Тайлер. Ты меня не узнаешь?

- Тайлер? - переспрашивает Демёрс, очень вежливо, но отстранённости в его голосе столько же. - Тайлер Дэвидсон?

- Какой Дэвидсон? - возмущается Тайлер, и Джейсон громко зевает в трубку. - Тайлер Сегин.

Джейсон должен весело расхохотаться в трубку.
Джейсон должен радостно воскликнуть: "Как я мог тебя не узнать, Сегги!"
Джейсон должен объяснить Тайлеру, что происходит и где Джейми. И это ещё вопрос, что приоритетнее.

Но Джейсон лишь вежливо говорит:
- Простите, я думаю, мы не знакомы.

Тайлер даже не может ответить, горло сжимается, и вместо слов вырывается только болезненное поскуливание.

- Подожди, - оживляется вдруг Демёрс, и Сегги едва не роняет телефон в траву. - Ты же тот мальчишка, да? Из Бостон Брюинз? Талантливый бостонский новичок Тайлер - как ты сказал?

- Сегин, - выдавливает Тайлер. - Сегин. Из Бостона.

- Джейсон, - радостно представляется старый друг. - Джейсон Демёрс из Сан-Хосе Шаркс. Мы как-то знатно надрали вам задницы.

Маршалл несётся с другого конца парка с палкой в зубах и мохнатым распушившимся загривком. Проснувшийся Джейсон что-то весело болтает в трубку, и по другой линии звонит Брэд Маршанд.

И всё совершенно не так, как должно быть.



Зеркала в туалетах бостонского стадиона Гарден сияют равнодушной чистотой, пока Тайлер морщится на своё отражение в зеркале. Внезапное возвращение к двадцатилетнему возрасту с прилагающимися к нему гладкими по-мальчишески пухлыми щёками и неровно подстриженными волосами оказывается не слишком приятным бонусом к уже имеющимся разочарованиям этого странного дня. Что ж, если он действительно так выглядел в двадцать один год, неудивительно, что Бостон постарался от него избавиться поскорее.

Клод Жюльен - тренер Жюльен, Тайлер не думал, что он так отвык от этого, - находит его у ровного ряд зеркал и глубоких серебристых раковин, когда на всех часах ТД Гарден девять часов утра уже пробило, и минутная стрелка робко постукивает цифру два по изогнутой шее.

- Ты не спешишь, - подводит Клод итог, наклоняется к зеркалу, поправляя галстук. Тайлер не может разобрать, какое чувство слышится в голосе его бывшего тренера. То ли это тревога, то ли горькое разочарование. - Разве Хара не сказал тебе не опаздывать?

"Руководство Бостона соберётся, чтобы обсудить...ситуацию Сегина. Твою ситуацию, Тайлер".
Так ему сказали. Да только сказал не Здено, видимо, сложить эту заботу на Брэда оказалось сподручнее.

И Тайлер всё ещё надеется проснуться.
Потому что всё это - всего лишь ночное воплощение скрытых страхов и болезненных воспоминаний. Так не может быть.

Жюльен не спешит оборачиваться туманной галлюцинацией страшного сна, смотрит Сегину куда-то в подбородок, выглядит вполне реальным, и в глазах его плещется странная смесь равнодушия и разочарования.

- Вы меня обмениваете? - спрашивает Тайлер. Наверное, его голос действительно дрожал в этот момент в другой жизни - той, что казалась настоящей до этого утра, - так же, как дрожит сейчас. Он уже не помнит. Он только хочет, чтобы Жюльен - чтобы эта слишком реалистичная галлюцинация Жюльена - сказала "Даллас".

Тайлер повторяет про себя, как молитву: "Даллас, Даллас, Даллас".

Клод продолжает возиться с галстуком, не глядя на своего игрока, и Сегин следит бездумно за неторопливым отражением тренера в зеркале.

- Нет, - говорит Клод наконец. - Мы не раскидываемся хорошими игроками. Ты оступился, Сегин. И мы даём тебе шанс подняться.

***
Питер Чиарелли - аккуратная борода и блестящая лысина, сияющие часы под рукавом клетчатого пиджака и раздражение под прямоугольными стёклами очков.

Всё так же, как помнит Тайлер. Хоть и пытался он забыть все эти годы.

- Ты неисправим, - говорит Чиарелли, и какая-то струна в гулком голосе его звенит настоящим, почти отеческим сочувствием к Тайлеру. - Разве Здено не сказал тебе про важность времени?

В кабинете дурманяще пахнет кофе. У того, что варит - варил - по утрам Джейми, аромат другой, более терпкий и яркий. Техасский.

Чиарелли ругает Сегина за неисправимость. Тайлер совершенно не хочет исправляться. Он хочет домой.

- Нельзя проделать всё это побыстрее? - спрашивает Тайлер раздражённо. - Я оставил своего щенка дома. Он боится одиночества.

Хоккеист не должен позволять себе разговаривать с генеральным менеджером таким тоном. Но Чиарелли давно не менеджер хоккеиста Сегина. Чиарелли продал Тайлера легко, словно старую пару обуви на благотворительном аукционе.
У Джима Нилла светлый взгляд и смеющиеся глаза, нескончаемые забавные байки в запасе и тяжёлая история жизни за спиной. Джим Нилл - генеральный менеджер Далласа, и он сделал для Тайлера слишком много, чтобы какой-то тяжёлый затянувшийся сон мог стать причиной всё забыть в одночасье.

Клод вздыхает тяжёло со своего места, его лысина поблескивает каплями нервного пота, а Чиарелли смотрит на Тайлера холодным неподвижным взором.

- Вы не в том положении, когда бравада и столь вызывающий тон уместны, мистер Сегин, - даже голос у Питера ледяной, крошится мельчайшими частицами твердого льда. - Ваша спортивная карьера подвергается серьёзному испытанию. Мы были в шаге от того, чтобы перейти к радикальным мерам.

- Обмен, - уточняет Жюльен. Как будто это нужно, как будто Тайлер не помнит. - Обмен в Даллас Старз.

Сердце Тайлера замирает. Трепыхалось мгновение назад, билось, как сумасшедшее, - и в миг - неподвижный тяжёлый камень давит на рёбра.

- Их новый менеджер так настаивал, - Чиарелли усмехается впервые за беседу, самым уголком недовольных губ. - Должно быть, неплохо всё просчитал. Даллас сейчас разительно отстаёт от остальных клубов, вливание молодой крови - талантливой молодой крови - из одной из лучших команд Лиги было бы ему как нельзя кстати. Не думаешь, Сегин?

Тайлеру не надо раздумывать долго, чтобы понять: что-то идёт чертовски не так. Что-то, что запускает механизм неотвратимых изменений.
Тайлеру страшно. Кажется, он где-то просчитался, и вместо победного света голевого фонаря получает штрафную карточку.

- Мы не хотим терять ценного игрока из-за его детской незрелости и бытовых глупостей, - подаёт голос Жюльен, и это звучит мягко, почти подбадривающе. - Тебе надо немного подрасти и выйти из этого трудного периода, Тайлер. И лучше тебе делать это под нашим присмотром.

Чиарелли смотрит серьёзно и строго, почти торжественно.

"Нет, - просит Тайлер мысленно, отчаянно. - Не говори этого".

- Мы отказались от предложения Далласа, - говорит Питер покровительственно, и что-то внутри Тайлера разбивается с пронзительным звоном, вонзается острыми черепками в сердце, мелкой ледяной крошкой наглухо затыкает горло, позволяя просачиваться только сдавленным хрипам. - Мы даём тебе ещё один шанс, Тайлер. Не разочаруй нас.

***
В коридоре Тайлер сталкивается с Ричем Певерли. Рич улыбается ему мягко, держит спину прямо и руки прячет в карманах залихватски. У Рича светлые глаза без привычной Тайлеру болезненной темноты под ними, клюшка за спиной и хоккейные перчатки в руках.

- Поздравляю, - говорит Рич, и Тайлер смотрит на него неверяще. - Ты остаёшься в Бостоне. Я рад за тебя.

- Спасибо, - бормочет Тайлер, и Рич вглядывается в его лицо с тревогой. - Ты в порядке?..

Певс посмеивается, машет на Тайлера перчатками:
- Обмен вовсе не такое жуткое событие, Сегги. Мне всего лишь придётся привыкнуть к зелёному цвету формы.

- Лучше бы обменяли меня, - говорит Тайлер мрачно, и Рич морщится.

- Брось, Сегги, к чему это дурацкое самопожертвование. Твой дом здесь, в Бостоне, - клюшка съезжает с плеча, и Певерли подхватывает её ловко. - А я поеду в Даллас и покажу этим парням, как надо выигрывать Кубок Стэнли. Может, пробьюсь в капитаны.

В мире, который помнит Тайлер, капитан Далласа - Джейми, серьёзный и уверенный, а Рич уже давно не выходит на лёд. У Рича больное сердце, тренерская карьера и плохие воспоминания о Далласе.

- Ричи, - говорит Тайлер торопливо. - Тебе необходимо сходить к врачу.

- К какому именно? - посмеивается Певерли. - Сегги, в чём дело?

Возможно, Тайлер нарушает какие-то очень важные законы вселенной. Что-то подобное было в фантастических книгах, которые он читал в детстве. Но воспоминание о бескровном белом лице Певса и о тревожной суматохе в море зелёных джерси слишком свежее и слишком болезненное.
Рич должен позаботиться о своём сердце.

- Конечно, я посещу кардиолога, - смеётся друг, и Тайлер чувствует на своих плечах успокаивающую тяжесть его крепкой руки. - В рамках обязательного медосмотра в Далласе. Я не понимаю, почему ты так нервничаешь. Всё будет в порядке, Тай.

Всё уже не в порядке. Но Рич улыбается уверенно, и Тайлеру остаётся только безнадёжно кивнуть.

- Передавай привет капитану Далласа, - говорит он торопливо и смущённо, и Певерли задумчиво морщит лоб.

- Кто у них капитан? Ах да, я смотрел. Джейми - как его? - Бенн? Ты его знаешь?

Тайлер знает капитана Даллас Старз. Или думал, что знает.
Думал, что знает, какое тепло может дарит Джейми, какие крепкие у него руки и какие яростные, подбадривающие речи он произносит в раздевалке.

- Я болею за Даллас, - заговорщицки говорит Тайлер ожидающему ответа Ричи. Врёт Тайлер Ричи. И Певерли верит, посмеивается тихонько.

- Это потому что я теперь играю за них, Сегги. Я передам Бенну твой привет.

Рич не прав, всё совсем не в порядке.

***
Брэд звонит несколько раз, но Тайлер не берёт трубку упрямо. Один раз пытается дозвониться Хара - капитан Хара теперь, Рич присылает веселый смайлик, сообщение от Брауни содержит набор путаных возмущённых фраз.
И это всё не то, совершенно не то.

Маршалл встречает хозяина восторженным лаем, машет хвостом так рьяно, что Тайлер в какой-то миг даже пугается, что эта часть тела его собаки оторвётся за ненадобностью. Щенок, оставшись один дома, переворачивает стул в комнате и превращает так и не поднятый с пола свитер Бостон Брюинз в подобие круглого птичьего гнезда.

- Да, малыш, - бормочет Тайлер, когда Маршалл запрыгивает на свою новую импровизированную подстилку и крутится довольно, хвастается своей щенячьей радостью. - Можешь оставить эту штуку себе, ты прав, она мне совершенно не нужна.

Всё, что ему нужно сейчас, - сон, желательно, долгий и, желательно, без сновидений.
Он должен закрыть глаза и проснуться в Далласе, с мягкой тяжестью Кэша поперёк груди, с басовитым мурчанием Джорди из кухни, с утренними сообщениями от жизнерадостного Вэла на телефоне и с мягким светлым взглядом Джейми перед глазами.

Маршалл начинает лизать хозяина в лицо, едва, кажется, тот смыкает веки. А потом в руке обнаруживается телефон, и Тайлер едва не падает с кровати, когда слышит голос - торопливый, приглушённый и далёкий - но всё же голос, принадлежащий Джейми.

- Хей, - зовёт Джейми звонко, и помехи на линии смазывают часть его слов. - ...это ты? Ты мне звонил?

- Джейми, - бормочет Тайлер растерянно, сердце готово вырваться из груди, и Маршалл лижет его в сонные глаза, подпрыгивая. - Джейми...

- Я тебя плохо слышу, - сообщает Джейми, и в телефоне что-то трещит. - Уронил в воду, думаю, придётся выкидывать.

- Можно отнести к мастеру, - Тайлер лепечет торопливо, не веря собственным ушам. - Он починит... Джейми, тут какая-то чертовщина творится, я не знаю, что происходит, ты мне нужен...

- Ужасная связь, - жалуется Бенни в трубку. - Ты сказал, к мастеру? Да, я думал об этом...

Голос Джейми прерывает пронзительный электронный писк, но Тайлер не убирает телефон от уха, боясь пропустить хоть слово.

- Ох, - говорит Джейми, его голос теперь звучит ещё дальше и глуше. - Я тебе перезвоню, хорошо?

Тайлеру отчаянно не хочется, чтобы Джейми клал трубку, не хочется терять тончайшую, едва возникшую связь с привычным миром, но Бенни обещает перезвонить, и он ведь всегда выполняет обещания.

- Хорошо, - бормочет Тайлер. У него шершавый ком в горле и отчаянно скребётся под веками, словно песка насыпано. - Хорошо, перезвони мне. Я люблю тебя.

Джейми фыркает весело и приглушённо, и Тайлер улыбается радостно, будто собеседник может его видеть. Кажется, в его мире становится светлее.

- Перезвоню, как только разберусь с телефоном, - отвечает Бенни, и его следующие слова снова теряются в посторонних электронных звуках. - ...Я тебя тоже люблю, Джорди.

Марши лижет щёки Тайлера, телефон пищит, знаменуя конец разговора, конец, вероятно, телефона Джейми, и едва появившаяся надежда тонет в солнечном тумане бостонского дня.

***
Джейми не перезванивает. Вместо этого он пишет в Твиттере, что отправляется на лето в Мексику с семьёй, прикладывает фотографию. Джейми молодой, круглощёкий, с наивным взглядом и, кажется, целым флаконом геля на длинных волосах. Джейми такой, каким его впервые - не увидел, виделись они и на Матче Всех Звёзд - заметил Тайлер в другой жизни. В той, в которой были обмен из Бостона, утренний и сонный аэропорт Далласа, подбадривающие сообщения от Джима Нилла и совершенная уверенность юного хоккеиста Сегина в собственной ненужности. Джейми так же застенчиво, исподлобья посматривал на своего нового форварда, стоя у припаркованной у аэропорта машины, у него так же вились у светлой шеи волосы, и так же забавно выглядывал из-за крепкого плеча Джорди.

"Удачного отдыха," - пишет Тайлер под постом, крошечный верный Маршалл спит у него на коленях, согревая, а Джейми предсказуемо не отвечает на комментарий.

***
Тайлер отказывается от предложения Брэда провести сезон отдыха вместе, отворачивается старательно от удивлённого, с плещущейся в зрачках обидой взгляда Маршанда - и у него, оказывается, действительно потрясающий друг, потому что Брэд отходит очень быстро, затягивает Тайлера в крепкое объятие, щекочет носом шею.

- Тебе необходимо отдохнуть, малыш, - соглашается Маршанд, и его дыхание шевелит волосы над ухом Сегги. - Начнём новый сезон с чистого листа, да?

- Да, - бормочет Тайлер. Ему чертовски хочется спрятаться в тёплом объятии Брэда, скрыться от нового мира, к которому, кажется, совершенно невозможно привыкнуть. - Ты прав, дружище.

Объятия Маршанда недолговечны, и Тайлеру вмиг становится неуютно без них.

- Куда отправишься? - интересуется Брэд весело.

Это сложный вопрос, потому что душа Тайлера тянется, разрываясь, в слишком много мест сразу. В зелёный гостеприимный Даллас, в горячую сухую Мексику следом за Джейми. Но это невозможно, и остаётся только одно место, куда Тайлер может отправиться.

- Домой, - говорит он Брэду, и Маршанд кивает важно.

- Конечно, Сегги. Передавай привет родителям и девчонкам. Вы не будете против, если я наведаюсь к вам пару раз?

***
Мама Тайлера почти не меняется. У неё такие же мягкие волны волос, любящие светлые глаза и нежные руки. Только мелких морщинок вокруг глаз меньше.

- О, Тайлер, - говорит мама, когда он появляется на пороге с дорожной сумкой и Маршаллом, нетерпеливо высовывающим мохнатую макушку из своей переноски. - Они не имели права так поступать с тобой, малыш.

От мамы пахнет сладкими блинчиками и лёгкими духами, и, когда она берёт лицо Тайлера в ладони, всматриваясь в глаза с привычной тревогой, ему больше всего хочется сейчас закрыть глаза и позволить родному человеку ворковать над ним, поглаживая по волосам.

Что ж, наверное, он может себе это позволить.
Что-то в его перевернувшемся сумасшедшем мире остаётся прежним.



У Джейми на груди белеет изогнутой линией капитанская нашивка, тёмные глаза сияют счастливо, и Тайлер честно поднимает за триумф своего бывшего капитана банку пива. У него нет с собой ничего больше, нет желания плестись до магазина, нет возможности быть рядом с Джейми в этот момент.

Малышка Кэссиди, свернувшаяся в соседнем кресле уютным клубком - выглядывают только плечи в бостонском джерси брата и мягкая копна волос - морщит нос задумчиво.

- Он забавный, - облизывая ложку от мороженого, заявляет она с детской категоричностью, пока Джейми на экране звонко говорит о предоставленной ему чести, о своих больших капитанских планах. - Выглядит слишком добрым. Они уверены, что он будет хорошим капитаном?

Кэссиди считает Джейми забавным и в той реальности, которую помнит Тайлер. Бенни ласковый с ней, катает на спине покорно и даже позволяет девчонке пару раз соорудить ему причёску на её вкус.
Если Джейми позволяет кому-то касаться его волос, это определённо высшая степень доверия.

- По-твоему, капитаны всегда должны быть злыми, детка? - смеётся мама. Она обращается к Кэсс, но наклоняется над плечом Тайлера. Её родное тепло и лёгкий аромат нежных духов успокаивают сына, и его протест выходит не таким агрессивным.

- Он отличный капитан, - говорит Тайлер категорично и горячо, и Кэссиди, ничуть не впечатлённая приподнимает тонкие брови.

- Он только им стал, - резонно возражает девчушка. - Ты не можешь знать, каким капитаном он будет.

Джейми будет хорошим капитаном, самым лучшим. Он уверенно поведёт команду за собой, найдёт необходимые слова для каждого и будет готов на всё ради своей команды. Но не ради Тайлера теперь.

Джейми на экране - совсем молодой, с мягким, рассеянным взглядом - улыбается смущённо, пока Джим Нилл хвалит его, и Кэссиди фыркает.

- Ты бы лучше смотрелся в капитанской форме, Тай, - заявляет она безапелляционно. - Может, в этом сезоне ты получишь хотя бы букву А на свитер?

Тайлер вздыхает под пристальным взглядом Кэсси, ощущает, как мамина ладонь ласково ложится ему на волосы. Должно быть, он только и делает, что чертовски разочаровывает их, любящих и всепрощающих.

- Пока я получаю только выговоры, Кэсс. А ты слишком стремишься к власти.

- Ты сам виноват, - сестрёнка пожимает плечами и разворачивается к Тайлеру спиной, вновь возвращаясь к своему мороженному и телевизору. - А власть - это совсем не плохо. И всё-таки мне кажется, что этот Джейми Бенн не слишком годится в капитаны.

- А по-моему, он очень приятный, - говорит мама, и Тайлер чувствует в её голосе улыбку, трётся лбом о родное плечо, благодарный за поддержку в адрес Джейми. - А насчёт капитанских качеств, мы ведь не знаем, детка, может быть, он просто старается не показывать себя раньше времени?

- Не думаю, - упрямо отрезает Кэссиди, на волосах Тайлера успокаивающее тепло материнской руки, и у него нет сил спорить.

***
Тайлер любит свою семью, тянется к этому ощущению поддержки и тепла. Семья - единственное надёжное, почти не изменившееся пристанище в его жизни.

Тайлер, оказывается, уже забыл, какой вредной и несговорчивой была Кэсс в свои пятнадцать и как трудно было убедить Кэндис, что восемнадцать лет - вовсе не повод презрительно фыркать на все домашние правила.

Кэндис удаётся отстоять только своё право на ночные посиделки в гостиной с братом. Они смотрят какую-то глупую слезливую мелодраму, Кэндис приваливается к плечу Тайлера, довольно закрывает глаза и молчит уютно.

- Никакого пива, - предупреждает Тай на всякий случай. Он хороший старший брат. За окном в тёмном ночном воздухе тают остатки тёплого канадского лета, Кэнди насмешливо фыркает рядом, и у Тайлера впервые за эти - чертовски бесконечные - два месяца светло на душе.

- Я и не собиралась, - ворчит сестра. - Скажи мне лучше, у тебя всё в порядке, Тай?

Тайлер молчит, на экране телевизора худенькая блондинка - кожа да кости, острые скулы и ключицы - расставаясь с прошлой жизнью, рвёт старые фотографии, всхлипывая, и Кэндис понимает реакцию брата по-своему.

- Просто не совершай прошлых ошибок, малыш, - говорит она серьёзно, зовёт, видимо, подражая маме, брата детским уменьшительно-ласкательным, и Тайлер посмеивается тихонько. Кэндис возмущённо пихает его в бок острым локтём. - Я серьёзно. Попробуй понять, что ты сделал неправильно.

Что ж, в этом есть доля логики и здравого смысла. Тайлеру стоит восстановить в памяти события того вечера после игры с Бостоном и вспомнить, в чём именно он ошибся.
Так ведь обычно бывает во всех фантастических фильмах, верно?

- И что потом? - спрашивает он машинально, забывая, что сестрёнка понятия не имеет о его злоключениях.

Кэндис пожимает острыми плечиками и подтягивает плед повыше, накрывая их обоих, заслоняя от сквозняка, просачивающегося из открытого окна в кухне, от драмы, разворачивающейся на экране, и от всех невзгод жизни.

- Что потом? - ворчит она, опуская голову на плечо брата, прикрывая глаза сонно. - А потом постарайся это исправить. Нет ничего проще, Тай.

***
Интернет пестрит статьями о бостонском хоккеисте Тайлере Сегине и скандале, связанном с ним, статьями разной длины и разной степени экспрессивности, но с одинаковым содержанием порицания в каждом слове.

- Я думаю, тебе не стоит это читать, - заявляет Брэд озабоченно. Он сидит на диване в доме Тайлера, закинув ноги на подлокотник, и Маршалл крутится под его ласковой ладонью мохнатым клубком. Эта картина знакомая до боли, родная, и горячее сожаление за приглушение с переходом в Даллас общения с Брэдом наваливается внезапно, давит на сердце. - Потеряешь позитивный настрой.

- Я даже не помню, что это значит, - ворчит Тайлер в ответ.

- По тебе и видно, - фыркает Маршанд. - Бери пример с Патрика Кейна. Если бы он страдал из-за каждой бранной статьи в свой адрес, то превратился бы в тень.

- Я не так опасен для общества, как Кейнер. Он уже привык.

В новостях Даллас Старз про Тайлера всего лишь одна - короткая, сухая - заметка.
Джим Нилл говорит о нём, говорит равнодушно и отстранённо, как о чём-то ненужном и почти забытом.

Да, Даллас рассчитывал получить Сегина.
Да, Даллас пытался договориться с Бостоном об обмене до последнего.
Нет, Даллас больше не собирается возвращаться к этой теме.
И да, Даллас доволен Ричем Певерли. Всё к лучшему.

- Что было, то было, - говорит Нилл. Камера фокусируется на его усталых глазах с глубокими тенями под нижними веками. - Сегин молод и талантлив, он бы несомненно внёс что-то новое и свежее в нашу систему. Но я не вижу смысла говорить о невоплощённых планах. Бостон дал Сегину необходимый ему шанс, думаю, это как раз то, что было нужно парню. Я только могу пожелать ему удачи.

Брэд подходит неслышно, встаёт за спиной Тайлера:
- Перестань себя мучить, малыш. Твой дом здесь, и тебя не отдадут в Даллас. Мы же с тобой не допустим, верно?

Открытые интернет-вкладки бросаются обвинениями в несерьёзности, алкоголизме и недопустимом в серьёзном спорте бунтарстве, и Тайлер оборачивается на друга за поддержкой. У Брэда сияют подбадривающим теплом глаза, Маршалл уютно сопит на его руках. Они оба домашние, родные, и Тайлер вздыхает, смирившись.

- Не допустим, - подтверждает он и улыбается невольно, когда Маршалл забавно пыхтит сквозь свой крепкий щенячий сон. - Нам нужен победный сезон, приятель.

- Легко, - фыркает Брэд. - Можем начать прямо с первой игры.

На первой игре в сезоне Бостон встречается с Монреалем. Монреаль - чертовски сложная команда, в Монреале непробиваемый Кэри Прайс. Но Тайлер рад, что эта игра будет не против Далласа. Он ещё не готов.
Он не уверен, что когда-нибудь будет готов.

***
Тайлер отвык от изобилия жёлтого и чёрного.
Тайлер отвык от железных объятий капитана Хары.
Тайлер отвык от суровых окриков Клода Жюльена.
Тайлер, кажется, отвык даже играть в хоккей.

Клюшка вылетает у него из рук во время первой же попытки обработать шайбу, замирает чёрной изогнутой линией на белоснежной глади льда, и Тайлер смотрит на свои ладони непонимающе. Брэд подъезжает ближе, мелкая ледяная крошка летит у него из-под коньков, и глаза смеются.

- В чём дело, малыш? - спрашивает друг весело. - Не можешь удержать клюшку? Совсем раскис за лето?

- Всё в порядке, - бормочет Тайлер, стараясь не смотреть в смеющееся открытое лицо Брэда. - Я разберусь с этим.

Клюшка из рук больше не вылетает, но ни один из привычных далласских приёмов не получается чистым. Тайлер смазывает один элемент за другим, злится, взгляд Маршанда становится всё более сочувствующим, Здено косится через могучее плечо, и наконец Клод подзывает Тайлера резким свистом.

- Что происходит? - спрашивает тренер. Он не сердит, скорее растерян, крупные капли пота блестят на тревожно наморщенном лбу, и Тайлеру чертовски стыдно.

Он совершенно не знает, что происходит.

- Ты словно забыл за лето не только всю нашу тактику, но и самые простейшие приёмы, - вздыхает Жюльен, пока Тайлер постукивает смущённо клюшкой по льду. Лёд крошится, рассыпается светлыми стеклянными бликами, засыпает носки коньков. - Надеюсь, ты не собираешься говорить, что у тебя стресс или что-то подобное?

Тайлер готов согласиться с этим диагнозом. Не каждый раз летишь сквозь время и пространство без предупреждения, попадая в собственное прошлое, где все, кто любил тебя когда-то в другой жизни, не помнят об этой любви.

Клод смотрит ему в лицо сурово, заглядывает под шлем:
- Значит так. У нас мало времени до игры с Монреалем, и я решительно не понимаю, что с тобой происходит. Забудь эти странные приёмы. Обнови в памяти основы. Хорошо?

И это звучит чертовски унизительно. После дождя из хет-триков и потрясающего куража в Далласе Тайлер даже не уверен, что помнит само это слово - "основы". Советы Клода звучат подбадривающе, почти ласково, с какой-то заговорщицкой ноткой. Он слишком уверен в Тайлере, уверен в его скорейшем возвращении в прежнюю форму. И лучше бы тренер действовал жёстче.

Брэд, ожидающий возращения Тайлера нетерпеливо, предлагает отрабатывать те самые "основы" вместе с ним.
Брэд сияет глазами сочувствующе, его рука на плечах Тая надёжная и крепкая.
Брэд верит так же, как Клод, что Сегин вернётся в форму в самое ближайшее время.

Брэд действительно хороший друг.



Тайлер находит причину своих проблем дома, пока Брэд возится с Маршаллом. Зеркало с насмешливой точностью показывает ему все отличия Сегина, которому только что исполнилось достаточно лет, чтобы самому покупать алкоголь, от Сегина более старшего, добившегося путём упорных тренировок беспрекословного подчинения от каждой мышцы своего тела.

И теперь он, привыкший требовать от себя больше и больше, повышать постоянно предел своих возможностей, просто не может справиться с собственным помолодевшим телом, не готовым к испытаниям, не знающим техники Даллас Старз.

- Какого чёрта? - спрашивает Тайлер, возвращаясь в гостиную, где Брэд, воркуя, щекочет бархатистый животик Маршалла. - Почему я такой хлюпик?

- Ты сошёл с ума, - говорит Брэд ласково. - Надень футболку и давай подумаем о том, что сказал тебе тренер. Что с тобой происходит? Я не узнаю твою игру.

Тайлер сам не узнаёт свою игру. У него непривычно узкие плечи и неловкие движения. Ему придётся подстраиваться под своё новое тело.

- Я должен требовать от себя меньше, - говорит Тайлер вслух, и Маршанд морщится непонимающе.

- Больше, ты хотел сказать?..

Тайлер говорит именно то, что хочет сказать. Если он хочет справиться со своим неловким телом, ему следует понизить привычную планку ожиданий. Возможно, для Брэда эти слова звучат абсурдно, но разве всё, что происходит сейчас с Тайлером, не абсурдно само по себе?

***
Тайлер снова на арене Гарден, на сверкающем стекле её начищенного льда, в слепящем окружении жёлтого. У него номер 19 - чужой номер - на спине, люди на трибунах в таких же джерси, они кричат его имя, двигаются одной синхронной солнечной волной, и всё это похоже на фарс.

Но он на льду, он снова катается, и клюшка - после упорных тренировок - наконец лежит в руках почти уверенно.

И на мгновение всё сливается, потому что лёд блестит совсем как в Далласе, а арбитры такие же полосатые, и Тайлеру кажется, будто он вновь оказался в Американ Эйрлайнз. Оказался дома.
Движение слева, брызнувший лёд из-под коньков тоже знакомы до боли, и у Тайлера сжимается сердце.

- Джейми, - начинает он машинально. И хочет поделиться странным видением, которое тянулось, кажется, всё лето. Хочет сказать, как он рад вновь быть дома.

Но рядом Брэд, у него пронзительно жёлтая форма и удивлённые глаза.

- Кто? - спрашивает Маршанд, и Тайлер дышит глубоко, не в силах отшутиться. Джейми нет рядом. - Ты готов, Сегги?

Если не обращать внимания на чужой цвет формы, можно представить, что он вновь со своей командой. Тайлер почти готов играть.

- Надерём задницу Монреалю, - говорит он Брэду задорно. - Я думаю, это то, что сейчас мне нужно.

- Мне тоже, малыш, - в широкой улыбке Брэда Тайлер видит отражение своей собственной. - Мне тоже.

Они выигрывают у Монреаля со счётом 6:3, Клод почти доволен, во всяком случае, морщится не так заметно, Здено радостно и бесцеремонно стучит своих игроков по шлемам, а Тайлер почти справляется с поведением молодой копии своего тела на льду. У него нет ни результативных действий в этой игре, но команда тянется обнять его всё равно, и Тайлер тонет в горячем колыхающемся море дружеских объятий. И если закрыть глаза, можно представить искрящийся оттенок насыщенной зелени вокруг.



Бостонский ноябрь тусклый и дождливый, мокрые ветви серых вязов нависают над улицей как огромные паучьи лапы, сырая шерсть Маршалла терпко пахнет мехом и асфальтом, и весь пол в доме, который Тайлер уже привык называть своим, в отпечатках грязных лап.

Первую игру с Далласом ставят на пятое число, синоптики обещают грозу, капитан Хара громко говорит о победе.
Тайлер сжимает зубы крепко, чтобы не сказать лишнего, а Брэд согласен с Харой.

- У них гигантские бреши в защите, - утверждает Маршанд. - А вратарю надо было выбрать бальные танцы, а не хоккей. Мы их вкатаем в лёд.

Тайлер знает наизусть, с какой стороны удобнее забивать в ворота Лехтонена и как обходить защиту Джорди. Но Брэду это знать не обязательно, Тайлер собирается молчать.

Маршанд отчего-то считает, что предстоящая игра должна показать Далласу, что именно они упустили, не сумев убедить Бостон отдать Тайлера.

- Это должна быть твоя игра, малыш, - убеждает Брэд, втягивая друга в крепкие объятия. - Ты должен блистать.

Хара согласен, смотрит ласково с высоты своего огромного роста, хлопает ободряюще Сегина по спине широкой твёрдой ладонью. Даже Клод Жюльен - абсолютно непрофессионально - втягивается во всеобщее настроение.

- Дубль, - говорит он Тайлеру, подмигивая быстро. - Смог в матче с Колорадо, сможешь и сейчас. Как тебе моя идея?

- Неплохо, - отзывается подъехавший Патрис Бержерон, пока Тайлер постукивает клюшкой по льду смущённо. У Бержерона светлая, остроугольная нашивка альтернативного капитана на джерси, укоризненно острый нос и цепкие глаза. Он тянет незаметно Тайлера за локоть, призывая поехать за собой - Отличная идея, тренер.

Сегин ждёт очередного энергичного монолога на тему "Покажи Даллас Старз, что они потеряли", пока послушно едет за Патрисом, но Бержерон действует совершенно иначе:
- Тебе не стоит думать об этом. Парни говорят так от чистого сердца, но они слегка увлеклись.

- Мне не мешает, - протестует Тайлер хрипло, у него в горле сухой и шершавый ком, в висках настойчиво колотится ритм голевой сирены Далласа, и, должно быть, Патрис чувствует что-то в его голосе, потому что смягчает свой строгий тон.

- Тебе нужно просто играть, - отзывается он уверенно. - Так, как ты всегда это делаешь. Не позволяй рядовым играм занимать все твои мысли. Ты с нами, ты в Бостоне, твои проблемы позади. И Даллас - это всего лишь очередная команда, которую мы должны победить.

***
Перед игрой с Далласом Бостон встречается с Чикаго. Противники строятся молча на другом конце площадки - вызывающе красные домашние джерси, вызывающе уверенные лица.
На трибунах за стеклом болельщики, разогреваясь, напевают Chelsea Dagger.

Тайлер думает о Джейми так много в течение этого бесконечного лета.
Тайлер совершенно забывает, что ещё два его друга не всегда играли за Даллас.

Одуйя в толпе чикагцев, вышедших на раскатку, находится сразу: Джонни наворачивает круги на льду, вьётся вокруг ворот как большая красная птица. Тайлер двигается к бывшему товарищу неосознанно, но шайба, посланная Джонни бьётся в сетке, и кто-то из чикагцев, подъехавший с одобряющим хлопком по спине, заслоняет Одуйю от Тайлера.

- Не та половина поля, Сегги,- говорит кто-то за спиной Тайлера, заставляя его встряхнуться. Отрезвляя. Джонни не в его команде, Джонни - соперник сейчас.

За плечом Тайлера - Патрик Кейн, румяный и улыбающийся широко, с неукротимыми кудрями, выбивающимися из-под шлема, и Шарпи по правую руку. У Шарпи насмешливо изогнутые губы, красная форма Чикаго смотрится на нём непривычно, в тёмных глаза ни тени узнавания, и Тайлер теряется снова. Реальности сталкиваются в его голове, переплетаясь друг с другом. Возможно, он сойдёт с ума и никогда не поймёт, какая из его жизней настоящая.

- Э, - говорит Тайлер, и это, должно быть, звучит очень глубокомысленно. Кейнер фыркает весело, Шарпи приподнимает бровь. - Как твои дочки?

Они смотрят на него молча - одинаковая форма, одинаковые имена, одинаковое удивление в глазах - а потом Шарпи чуть склоняет голову, этот жест хоть немного выглядит как признательный, и Тайлер благодарен даже за эту малость.

- Всё хорошо, - говорит Шарпи очень вежливо. - Спасибо.

- Тайлер, - подсказывает Кейнер, и Сегин сжимает зубы крепче. Человек, который ещё недавно приводил к нему в дом своих крошечных дочек, радостно трепал за уши его собак, душил в объятиях после заброшенных шайб, сейчас даже не помнит его имени.

"Это другая жизнь, - напоминает себе Тайлер. - Другая жизнь".

Если смотреть себе под ноги, а не в любопытные и чужие глаза Шарпи, становится немного легче. Подозрительно стреляющий глазами Брэд уводит Тайлера на выделенную Бостону половину поля, Кейнер машет весело рукой вслед, а Шарпи, кажется, забывает неожиданного знакомого тут же.

Тайлер уже играл против друзей, на матче Далласа против Бостона, играл и говорил потом в интервью - повторяя тщательно слова того же Шарпи - что соревнование на льду отменяет на короткий срок - срок длиной в три периода - саму возможность иметь друзей в команде противника.
Но тогда Тайлера не выкидывали без предупреждения из его прошлой жизни, не лишали возможности позвонить друзьям после матча, с каким бы результатом он не закончился, оказать поддержку или попросить о ней самому. У Тайлера не отнимали друзей, не выбрасывали его самого из их памяти.
Ни насмешливый, яркий Шарпи, ни важный, ответственный Одуйя не вспомнят его после матча, не восстановят прерванную профессиональным соревнованием дружбу.

"Это не то же самое, - думает Тайлер, когда Одуйя равнодушно толкает его на бортик в яростной попытке отобрать шайбу. - Это совсем не то же самое".

Тайлер честно пытается сосредоточиться, и - либо у него всё же получается, либо неутомимый Бержерон спасает всё своим мастерством - но матч выигрывает Бостон.

На трибунах разочарованное колыхание красных джерси. Шарпи стягивает перчатки у бортика и поднимает на Тайлера тёмные непроницаемые глаза, когда тот подъезжает ближе.

- Хорошая игра, - говорит Тайлер, у него вздрагивает голос где-то на середине короткой фразы, и Шарпи кивает в ответ, снимая шлем. У него мокрый лоб, спутанные волосы и пустой взгляд.

- Могу сказать то же о вас.

А потом Тайлер просто смотрит на удаляющуюся спину бывшего друга в чужом непривычном джерси. Шарпи поедет домой, обнимет ласковую, нежную Эбби, поцелует маленьких дочек в светлые лобики и забудет об этой игре.
Тайлеру ехать дольше. Тайлеру в другую сторону.
Тайлеру обратно в Бостон.

***
Джейми выкладывает в Инстаграм фотографию из самолёта Даллас-Бостон. Селфи засвечено до тающей в белой вспышке правой половины лица, но Тайлер всё равно разбирает знакомые черты с замирающим от нежности сердцем. Джейми сонный и взъерошенный, у него круги под глазами и дремлющий под левой рукой Вэл.

Тайлер показывает фотографию Маршаллу, щенок просто облизывает телефон одним широким мазком, смотрит хозяину в глаза преданно.

- Это Вэл, - объясняет Тайлер терпеливо. - Ему нравится с тобой гулять в парке.

Маршалл виляет пушистым хвостом лениво, словно понимая каждое слово своего человека. Маршалл тоже любит парк.

- А это наш Джейми, - у Тайлера всё-таки сипнет голос на звуках родного имени, и Маршалл с готовностью лижет его в губы. - Он очень хороший. Ты однажды спрятал его кроссовок. Зачем ты это сделал, Марши? Тебе хотелось внимания, да?

Щенок зевает равнодушно, кладёт тяжёлую лобастую голову на колени хозяина. В этой жизни он ещё не прятал ничьи кроссовки. Маршалл не знает, кто такой Джейми Бенн и как ласково он умеет чесать за ушком. Маршаллу вполне хватает внимания Тайлера.

***
- Ты в порядке? - интересуется Брэд, затягивая шнуровку на коньках. - Ты такой тихий сегодня, малыш. Где твой боевой настрой?

Брэд ласковый, смотрит с тревогой, и Тайлер молча утыкается лбом в его плечо. Матч против Далласа должен стать испытанием, но когда Маршанд нежно треплет Тайлера по волосам ему становится немного легче дышать.

Он уже видел мельком сосредоточенного Фиддлера в коридоре, ведущем к раздевалкам, видел Кари, перебрасывающегося парой слов с кем-то из охранников. У Тайлера замирает сердце при одной только мысли о том, что ему скоро придётся увидеть Джейми.

Ладонь Брэда на волосах тяжелеет, выдавая беспокойство хозяина, и Тайлер отстраняется со вздохом.

- Я в грёбаном порядке, Брэд, - говорит он чётко и твёрдо. - Не волнуйся за меня.

Маршанд всё равно держится рядом, когда команда выезжает на лёд. И Тайлер благодарен другу за поддержку, потому что вспышка пронзительного зелёного цвета оказывается неожиданно слепящей. У него заходится сердце от одного только резанувшего по глазам - и по сердцу - оттенка. Тайлер ещё не различает лиц, но уже готов сомкнуть веки и не поднимать их до конца матча.

- Тай, - шепчет Брэд встревоженно, его голос отрезвляет, возвращает к действительности. - С тобой точно всё хорошо.

- Конечно, - отвечает Тайлер быстро. Разговор с Брэдом - повод отвлечься от чёртового зелёного пятна на белой глади бостонского льда. - С чего ты взял, что что-то не так?

Брэд смотрит исподлобья строго. И если фокусироваться только на его встревоженном лице, всё остальное медленно исчезает из поля зрения.

- У тебя дрожат руки.

Руки. У Тайлера дрожит сердце, бьётся в груди как сумасшедшее, и от слов Маршанда он просто отмахивается.

- Не вырони клюшку, - предупреждает друг строго, и Тайлер, набравшись сил, отводит взгляд от собственного отражения в тёмных глазах Брэда.

Первым он видит Рича Певерли. Певс - в зелёной форме, стройный и прямой, словно ожившее воспоминание Тайлера - медленно катится по кругу рядом с пристроившимся к нему Бержероном. Не один Тайлер в этот день играет против друзей.
Рич выглядит довольным, умиротворённым, помахивает клюшкой легко, придерживает Бержерона за локоть, и беспокойство за старого друга в душе Тайлера гаснет немного.

А потом он видит широкую линию плеч, знакомую бороду и номер 24 между лопаток - и сам не успевает понять, как оказывается рядом с Джорди. Джорди вскидывает удивлённые глаза, смотрит пристально и вопросительно. Тайлер не видит во взгляде старого друга узнавания, но и враждебности там тоже нет.

Тайлеру не хватает воздуха в груди, но он всё же начинает первым, выпаливает отчаянно, боясь, что Джорди сейчас уйдёт, исчезнет вновь:
- Шикарная борода, приятель!

И это ещё безнадёжнее, чем вопрос про дочерей Шарпи. Но Джорди смотрит на него мгновение, вскинув бровь подозрительно, а потом поднимает уголки губ, знакомо и весело, блестит белозубой улыбкой.

- Спасибо что ли, парень, - басит он смешливо, и это Джорди, привычный улыбчивый и дружелюбный Джорди. Тайлер улыбается неловко, не доверяя своим глазам.

- Конкретное дело? - интересуется Джорди заговорщицки, и нет, на самом деле нет, Сегги просто чертовски рад его видеть. И кажется, им необходимо познакомиться вновь.

- Я Тайлер, - говорит он торопливо, стягивает тяжёлую перчатку, путаясь в пальцах. - Тайлер Сегин.

- Джорди Бенн.

Джорди не говорит тех слов, которые Тайлер боится услышать - ни звука про скандал и неудавшийся трейд. Рука у вновь нашедшегося старого друга тёплая и твёрдая, такая бенновская, и Тайлеру хочется уцепиться крепче. Но никак не начинать игру. Но Джорди смотрит на их руки удивлённо, Хара издаёт призывный клич с другого конца поля, и Тайлер надевает перчатку нехотя.

- Увидимся, - усмехается Джорди, движение губ до боли напоминает улыбку Джейми. - Мой брат не будет доволен моим сердечным общением с соперником.

- Твой брат? - переспрашивает Тайлер. У него хриплый голос, и сердце сбивается с ритма. Он начинает заново, начинает с самого малого. Он вновь знакомится с Джейми. - Кто твой брат?

- Капитан, - говорит Джорди, улыбается с той ласковой насмешкой, с которой всегда смотрит на Джейми. - Капитан моей команды.

***
Джейми стоит на точке вбрасывания, широкие плечи, крепкие руки, капитанская нашивка на груди и тяжёлый тёмный взгляд.
Тайлер не может наглядеться.
Они, должно быть, не виделись целую вечность.

Тайлер старается убедить себя, что этот матч всего лишь тренировка. Тренер Рафф ставит их с Джейми иногда в разные команды на тренировках, заставляя соревноваться.
Только тренировка, только на пару часов. Она закончится, Джейми просто обнимет его, заключит в родное кольцо тёплых рук и всё будет как прежде.

А потом целеустремлённый, стремительный Бержерон даёт ему передачу у самых ворот, и Тайлер бьёт, не задумываясь. Потому что азарт, потому что перед ним стоит наготове вратарь. Шайба дрожит в сетке, у Лехтонена разочарованный взгляд под шлемом, и Тайлер трезвеет, когда на него обрушивается радостная лавина пронзительно жёлтых джерси.
Зелёные силуэты объезжают Тайлера широким кругом.
Он только что забил в ворота команды, которую ещё пару месяцев назад считал своей навсегда.

В начале второго периода Тайлер наконец оказывается рядом с Джейми. И, чёрт возьми, это сложнее, чем он представлял себе. Джейми моложе, чем Тайлер помнит его, мокрые волосы вьются над светлым лбом, выбиваясь из-под шлема, губы блестят ярко, и Тайлер просто не может наглядеться. Он словно обретает всё это отчаянно любимое великолепие вновь, и не нужно больше искать выход. Но мгновение прошлого оказывается чертовски коротким, Джейми пристально смотрит только на шайбу, Тайлер не может отвести взгляд от Джейми и проигрывает вбрасывание.

Бержерон поглядывает укоризненно и сердито, и вторая шайба Сегина выходит оправдательной, случайной. Они опережают Даллас на одно очко, и Джейми наконец-то задерживает на Тайлере взгляд.

Слишком холодный и цепкий взгляд.
И это больно.

Они сталкиваются у бортика, где за стеклом шевелятся яростно зелёные волны болельщиков Далласа, и это последняя их встреча за эту игру. Потому что у Тайлера шайба, у Тайлера открыт путь к воротам Кари, у Тайлера дубль на счету в этой игре.
Джейми всегда делает всё для своей команды.

Брэд кричит что-то призывное слева от Тайлера, но Джейми уже рядом, со своими крепко сжатыми губами, сосредоточенным тяжёлым взглядом, и Тайлер теряется, ведёт шайбу уже автоматически, не уходя со своей линии. Потому что это же Джейми, Джейми просто не может...

Джейми врезается в него с разбега.
Тайлер не успевает подстроиться, не успевает подставить плечо, он всё ещё не верит. Его закручивает, кидает на бортик, бьёт об лёд, выбивая дыхание из груди. Рефлексы срабатывают с каким-то запозданием, он подставляет руку неловко и словно со стороны слышит её хруст.
У Джейми шайба и растерянное выражение на лице. Маршанд налетает на капитана Далласа яростно, и у Тайлера всё ещё вакуумная пустота в лёгких после падения, он даже не может остановить Брэда.

- Ты в порядке? - спрашивает встревоженный Бержерон, опускаясь рядом с Тайлером. - Сегги, эй? Почему ты не уворачивался?

Джейми нехотя отбивается у бортика от маленького яростного Брэда, Патрис смотрит с тревогой и удивлением, и Тайлер боится взглянуть вниз, где в запястье яростно пульсирует, сжимаясь в один плотный ком, боль.

***
Брэд угрюмо говорит Тайлеру, что чёртов Даллас выиграл этот матч. Жюльен хмуро выражает надежду на то, что сломанное запястье Тайлера скоро заживёт и позволит ему вернуться в команду. Маршалл сочувственно лижет гипс на руке хозяина. Джорди не принимает заявку Тайлера на добавление в друзья на Фейсбуке.

Джейми в пост-игровом интервью с сердитой растерянностью говорит, что не собирался выводить соперника из строя. Он совершенно не ожидал, что парень не станет сопротивляться или хотя бы уворачиваться.

Тайлер надеется только, что всё не станет ещё хуже.



запись создана: 28.01.2016 в 18:41

@темы: "Джейми и Звезда", "Сегги, мой мальчик", "Тайлер и его детки", "Творчество", "Хоккей, хоккейн", "Шарпи", "письмена"

URL
Комментарии
2016-02-04 в 21:40 

маринкин лес
believe in horoscopes if convenient.
Машенька, это очень здорово. Но ты так пишешь от лица Тайлера, что я который раз говорю - у меня сердце разрывается. А когда Тай и Джейми встретятся лицом к лицу, и Бенни его не узнаёт, я просто пойду и буду рыдать в уголочке.
Так держать! :heart::dance2:

   

Фрактальные молекулы.

главная